Драконы Перна: Долгий Интервал

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Драконы Перна: Долгий Интервал » Сюжетный архив » 24.02.1010 Промежуток <


24.02.1010 Промежуток <

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Персонажи: Ф'лин, Оливия, Юни, Шин
Место действия: Холд Лемос, Бенден Вейр
Краткий сюжет: Все всадники знают наизусть, что нельзя лезть в Промежуток с открытой раной

Отредактировано Ф'лин (2012-01-30 21:57:22)

0

2

Холд Лемос  был под защитой Бенден Вейра, но даже, если бы это было не так, для всадников не было места на Перне, куда бы их не могли доставить крылья дракона. Хант аккуратно приземлился на открытой площадке недалеко от места проведения Встречи. Она обещала быть интересно и Ф'лин со своим нравом просто не мог пропустить такое событие.
За последние обороты, пока не падали Нити холды стали более богатыми, плодородные почвы стали обрабатываться, больше никто не боялся Падений. Холды выросли, теперь строения были не только из металла и камня, которые Нити не могут уничтожить, повсеместно появлялась древесина и другие материалы.
Особенно в Лемосе, где находилась мастерская деревообработчиков. Не было ничего удивительного в том, что в холде, занимающимся древесиной, было такое количество деревянных строений.
Всадник смотрел на это сквозь пальцы, он не был бронзовым, которого когда-нибудь в будущем могла ожидать судьба Предводителя Вейра, Ф'лин прекрасно понимал, что, не смотря на внушительные размеры Ханта, который был ничуть не меньше бронзового, его максимум ждет место помощника Предводителя. Что, безусловно, несло большую ответственность, но все же при этом он не участвовал в Конклавах и не принимал решение.
А сейчас Всаднику вообще не слишком хотелось об этом думать, он был молод, горяч, по крайней мере, так говорили девушки из Нижних пещер и не только они, он прилетел на Встречу и не собирался думать о Нитях. Конечно, если бы они упали, то Лемос пострадал, пожалуй, больше многих, а так как он находился под защитой Бендена, то его, как коричневого Всадника это должно было касаться.
Ф'лин соскользнул с плеча дракона и похлопал своего друга по плечу, Хант зажмурился, не смотря на время года, он, как и любой дракон,  обожал нежиться на солнышке. Коричневый наклонил голову, всадник улыбнулся и с обреченным видом стал почесывать чувствительные надбровные дуги.
-Я недолго. – Пообещал всадник.
Дракон не ответил, Хант вообще был не слишком разговорчив, что было его всаднику как раз на руку, коричневый никогда не вмешивался в его дела и не давал советов, как часто делали другие драконы.
Всадник проводил своего коричневого взгляд, вплоть до того момента, когда он уютно уместился на одной из скал и прикрыл внутренним веком сетчатые бока, подставив бока солнцу. Молодой человек еще раз улыбнулся и юркнул в толпу, которая, не смотря на ранний час по времени Лемоса, уже начинала собираться.
Как обычно сначала была ярмарка, чтобы все гости могли расслабиться, купить все, что желали и в чем нуждались. Себя показали и посмотрели на других. На ярмарке, как и полагается были торговцы всех мастерских, представленных на Перне. Ф'лин медленно ходил между рядов, рассматривая товары, он ни в чем особо не нуждался, ему просто надоело прохлаждаться в Вейре, сегодня у него был своего рода выходной. Никакого патрулирования, никакого обучения молодых всадников. Сегодня они были представлены сами себе, это было безопасно, недавно родившиеся дракончики еще не встали на крыло, так что вероятность факта побега из Вейра равнялась нулю. Ф'лин был спокоен и расслаблен.
Он бродил между торговцев и их покупателей, о чем-то то просто болтающих, то спорящих, иногда останавливался, чтобы рассмотреть товар. Торговцы не слишком обращали на него внимания, они прекрасно знали, что Всадники не используют марки и живут за счет холдов и мастерских. В последнее время подобных разговоров было слишком уж много, Ф'лин сморщился и пошел дальше.
Он остановился у прилавка, где торговали сладостями, которые так нравились ему в детстве. Тогда ему казалось, что если он станет есть больше, то вырастит выше остальных, так и случилось, но очень маловероятно, что в этом как-то поучаствовали пончики и конфеты. Торговец улыбнулся ему и протянул стаканчик с прохладительным напитком:
-Ты тут с поручением, Всадник? – Спросил он, шныряя глазами по околачивающимся рядом мальчишкам, которые так и норовили что-нибудь стянуть, не боясь кары.
-Нет, мастер. – Ответил коричневый, с благодарностей принимая охлажденный сок, это было как раз то, в чем он так сильно нуждался. Не смотря на холодное время в Лемосе было душновато.
Ф'лин пригубил напиток, а потом выпил его одним глотком, останавливаясь около лавки Кузнечного цеха, не смотря на запрет поединков с холодным оружием между всадниками, все равно каждый из них носил на поясе кинжал. У коричневого тоже был с собой кинжал, небольшой, но весьма острый. Ф'лин любил его, не смотря на то, что ему было уже около десяти оборотов, но сейчас взгляд всадника остановился на лежащем перед ним кинжале.
Он был поистине великолепен, сделан опытной рукой, конечно же, с клеймом Цеха, с изогнутой рукояткой в форме дракона. Всадник не мог оторвать глаз, он протянул руки и аккуратно коснулся холодного лезвия кинжала.
-За сколько ты его протаешь? – Спросил Ф'лин, рассматривая рукоятку.
-Всадники не платят. – Отозвался торговец, по его тону трудно было судить, что он думает по этому поводу.
-Правильно, потому что они дармоеды. – Мужчина с землистым лицом в упор смотрел на Ф'лина, на его лице была написана брезгливость и злость, словно он питал к всаднику личную неприязнь.
Коричневый не стал обращать на это внимания, слишком много сейчас было людей, которые недолюбливали всадников, Вейру совершенно не нужны были конфликты, его положение было и так слишком шатким. Поэтому Ф'лин полностью игнорируя мужчину положил кинжал на место и двинулся прочь.
На его летную рука легла не слишком чистая рука, мужчина не желал отступать.
-Бежишь, щенок? – Издевательски поинтересовался задира, не отпуская руку всадника. – Вы всегда бежите, бабы на драконах.
Его насмешка стала откровенно издевательской, Ф'лин уговаривал себя держать свой гнев при себе. Но он по натуре был довольно вспыльчив, а когда мужчина так отозвался о всадников белая пелена застила глаза коричневого.
Он сбросил руку наглеца со своего предплечья, и отступил на шаг назад. Молчание давалось всаднику очень непросто, он никогда не отличался сдержанностью.
Мужчина громко рассмеялся, вокруг них стала уже собираться толпа, а торговец просил их отойти подальше от его прилавка.
-Я так и знал, вы всегда бежите, иждивенцы. Летаете на своих ящерицах, а остальные должны…
Он не договорил, потому что кулак Ф'лина в эту же секунду врезался ему в скулу.
-Возьми свои слова обратно. – Глухим голосом четко сказал всадник, но мужчина уже не слышал, он быстрым движением вытащил длинный кинжал.
Полоска стали сверкала в лучах утреннего солнца, всадник тоже вытащил кинжал, который не раз выручал его, но в гораздо более безопасных ситуациях. Хорошо, что Ф'лин никогда не ленился и очень много проделал упражнений, никак не связанных с полетами. Но, даже не смотря на все время, проведенное в тренировочных боях, преимущество сейчас было у более ловкого и юркого противника.
Порой рост и комплекция Ф'лина играла с ним злую шутку, сейчас он мог сделать только одно, а именно загнать своего противника в угол. Судя по рубящим, быстрым движениям задира был весьма искусным бойцом, он экономил энергию, не спешил нападать. Всадник перехватил клинок и тут же его противник сделал выпад, лезвие прошло около его плеча, но Ф'лин вовремя увернулся и клинок противника просто прорезал воздух.
Со своего места на скале протрубил Хант, в его голосе было беспокойство.
-Тихо. – Мысленно уговаривал своего дракона коричневый всадник. – Хант, тише.
Дракон сложил крылья, но в этот момент ментальной связи всадника с драконом его противник сделал резкий выпад, которого Ф'лин никак не ожидал, сталь рассекла летную куртку и вошла в плоть прямо между ребер, молодой человек охнул и согнулся пополам.
-Оставайся на месте. – Передал он своему коричневому, который уже собирался сорваться с уступа, чтобы помочь всадника.
Ф'лину ничего другого не оставалось, как воспользоваться преимущество, которое создал Хант, завладев внимание мужчины. Всадник сделал выпад и его кинжал с неприятным звуком вошел в сердце противника, он всхлипнул, не ожидая подобного, и осел на землю.
Коричневый пошатнулся, когда кинжал уже мертвого мужчины, имени которого он так и не узнал вышел из его раны, все произошло так быстро.
Ф'лин зажал кровоточащий бок рукой и попросил Ханта спуститься к нему, дракона не нужно было звать, мощные крылья несколько раз разрезали воздух, и дракон опустился на землю рядом со своим всадником.
-Ты ранен. – Ментальный голос Ханта разрывался от беспокойства.
-Все нормально. – Пробормотал Ф'лин, с трудом забираясь на дракона. Он представил ориентиры Бендена, которые были просто автоматическими, умному Ханту даже не нужно было ничего говорить.
Дракон тут же ушел в Промежуток, в этот раз Ф'лин почти не почувствовал пронизывающего холода, и они возникли над Чашей Бендена.
- Ф'лин ранен. – Тревожно трубил Хант, аккуратно садясь. Он подставил лапу, чтобы всаднику было удобно, но Ф'лин не спешил, в глазах у него мутнело, он долго возился со страховочными ремнями, а когда отстегнул их, то чудом не свалился с шеи дракона. – Ты ранен. Тебе больно. Твое сознание… - Хант не мог подобрать слово и замолчал, отбивая хвостом ритм и продолжая повторять, что его всадник ранен.
-Все хорошо. Успокойся. - Заверил всадник, близость дракона словно придавала ему сил.

Отредактировано Ф'лин (2012-01-31 22:54:42)

+6

3

Маленькая зеленая ,потешно раскинув крылья, ковыляла впереди. Она только что искупалась и явно не хотела пачкать вымытую шкурку. Дойдя до своего ложа, Велта подтолкнула носом свою подругу, напрашиваясь на ласку.
«У меня ужасно чешется спина» - раздался в голове девушки слегка капризный голос малышки
Рассмеявшись, Юни покорно потянулась за маслом и начала втирать его в спину нетерпеливо ерзающий зеленой. Ладонь ощутила небольшой участок чуть шелушащейся кожи, возле спинного гребня, где видимо и чесалось, и самочка довольно вздохнула, прижмуривая глаза.
С момента Запечатления прошло всего две недели, а девушка уже не могла понять, как она раньше могла жить без Велты. Сказочный зверь занимал теперь почти все её время, но ещё никогда она не была так счастлива. Ментальная связь между ними становилась все крепче и каждый день приносил что-то новое.
Целительница с любовью оглядела свою зеленую: за эти дни Велта стала крупнее раза в полтора и продолжала быстро расти.
«Если ты будешь и дальше так много есть, то  просто вырастешь из собственной шкуры» - всадница почесала надбровные дуги. Глаз лениво приоткрылся: «А если я буду есть мало, то никогда не вырасту!» Эта реплика снова вызвала смех у девушки: драконица всегда старалась, чтоб последнее слово осталось за ней.
Девушка с легким вздохом  отошла от задремавшей малышки. Сегодня впервые за прошедшие две недели выдался относительно свободный день, и она хотела разобрать свою сумку с травами, которую привезла с собой в день запечатления.
Внезапно Велта подняла голову и перед мысленным взором девушки промелькнуло видение стремително снижающегося  в чашу Вейра коричневого дракона.  Слегка тряхнув головой всадница в замешательстве уставилась на свою зеленую. А драконица уже снова опустила морду, но, почувствовав недоумение своей подруги, все-таки пояснила: «Там сейчас понадобиться твоя помощь. Так что иди»
« А ты?»
«А я буду спать»- голос  малышки так и лучился самодовольством, когда она устраивалась на ложе поудобнее.
Хмыкнув(ишь,раскомандовалась) Юни направилась к выходу из пещеры, служившей им временным домом. Обозрев видимый кусок неба и ничего не увидев, целительница уже собралась вернуться обратно внутрь,когда раздавшийся сверху тревожный крик дракона заставил её снова запрокинуть голову.
«Точно,коричневый» - эту мысль всадница додумывала уже набегу. Она уже видела какое место для посадки выбрал огромный зверь. Поэтому когда хлопнули, складываясь , крылья девушка была уже рядом с драконом.
Всадник на удивление долго возился со страховочными ремнями, а потом все-таки отстегнувшись практически упал со своего зверя.  Сделав пару не слишком уверенных шагов он начал оседать на бок. Целительница была начеку и успела его подхватить, мягко опустившись вместе с ним на песок. Всадник пытался  что-то сказать, но тревожные крики коричневого и отвечающих ему собратьев практически оглушали. Руки девушки уже были испачканы кровью,она поспешно распахнула на мужчине летную куртку , разорвала итак безнадежно испорченную рубашку и тихо выругалась: на правом боку в межреберье виднелась глубокая, сочащаяся кровью рана. Прижав к ней ладонь Юни постаралась вслушаться в дыхание раненого,хотя и так уже было видно,что легкие не задеты: всадник, хоть и дышал  прерывисто(но это скорее можно было списать на испытываемую боль),но не хрипел, и на губах не было ни капли крови.
«Это Ф’лин и Хант»- голос Велты прозвучал так внезапно, что девушка вздрогнула от неожиданности- «И сейчас к вам прилетит Пранта,она успокоит Ханта, а её всадница поможет тебе. А ещё я предупредила  э..э Оливию, вот»- зеленая явно была безмерно горда собой и ожидала похвалы.
«А ты разве не должна спать?» - совершенно потрясенная самодеятельностью своего дракона целительница на секунду забыла даже как дышать. Она уже успела представить лицо мастера  Оливии, к которой обратилась её не в меру самостоятельная Велта
« А, уже сплю!» -голос малышки смолк и одновременно затихли голоса взволнованных драконов. Рядом приземлилась  Пранта.

+5

4

Шин разбиралась со списком необходимых Вейру лекарств, когда истошный крик коричневого и одновременный ментальный призыв Пранты заставили ее сорваться с облюбованного места в Зале Архивов. Стремглав бросившись по ступеням вниз, в Чашу Вейра, она обдумывала образы, которые передавала ей золотая, уже приземлившаяся рядом с Хантом и Ф'лином. Резко остановившись, девушка завернула в помещение с готовыми лекарствами и судорожно стала распихивать все, что могло ей пригодиться, в сумку и по карманам. Уже спустя пару мгновений она бежала по дну Чаши, пытаясь убрать с лица мешающие пряди волос, удержать бьющую по ногам сумку и соображая, что могло приключиться. Хант кричал так, что болела голова.
- Пран, милая, успокой его, всаднику станет только хуже, если дракон так переживает, скажи, что мы сейчас поможем Ф'лину! - взмолилась Шин, не останавливаясь ни на секунду. Как назло, коричневый выбрал для посадки дальний угол Чаши.
Вдруг крики Хапнта смолкли, превратившись в горестные всхлипы - это Пранта смогла, наконец, объяснить дракону, что хоть его всадник и ранен, но ему нужна поддержка его друга, а не только стенания.
Задыхаясь от сумасшедшего бега, Шин упала на колени перед всадником, тяжело привалившимся к боку своего дракона. Первым делом она взглянула на уже суетящуюся здесь же молодую девушку. Судя по ее уверенным движениям, она была целительницей.
- Это Юни, всадница Велты. - подсказала Пранта. И Шин вспомнила разыгравшуюся на Площадке Рождений трагедию, чуть не окончившуюся потерей обоих дракончиков.
- Так значит ты - спасительница дракончиков? - ни на секунду не переставая раскладывать лекарства и внимательно считая пульс всадника, произнесла Шин. - Мне кажется, все не так плохо, как подумал Хант, жизненно важные органы не задеты, но то, что он с открытой раной полез в Промежуток... Может кончиться плохо.
Рана уже была густо смазана холодилкой - Юни постаралась. Шин дала всаднику вытяжку из кошачьей травы, чтобы уменьшить боль внутри, куда не могло добраться действие холодилки... Ф'лин недовольно кривил губы и порывался увернуться от горького лекарства, но Шин, с помощью Пранты, смогла убедить его подчиниться.
Где же Оливия, моих знаний недостаточно, я не могу ему ничем помочь прямо сейчас... - мысли Шин были полны беспокойства.
Вокруг них уже начала собираться толпа, и Шин, резко поднявшись с колен, вызвала 4 всадников, чтобы они перенесли раненого во внутренние пещеры Вейра.
При этом Хант снова заголосил, но Пранта, успокаивающе обняв его крыльями, объяснила, что его всадника несут, чтобы вылечить, что на песке ему не удастся поправиться. Для Шин она добавила:
- Всадник сильно переживает из-за своего поведения и еще из-за чего-то, чего я не понимаю. И рана сильно болит. А еще у него жар...
- С тобой никакого лекаря не надо, если бы я еще знала, что сейчас делать.. Ну, где же Оливия?!
- Оливия уже рядом! - Пранта всегда с теплотой произносила имя целительницы.
Войдя вслед за всадниками, несущими Ф'лина, в пещеру, Шин начала быстро раздавать распоряжения:
- Так, С'март, принеси горячей воды, Б'рен - ты сбегай за полотенцами, К'тран, принеси из моего вейра синюю сумку, которая висит на стуле, рядом с очагом! Ипобыстрее!
- Что мы сейчас можем сделать, Юни? Я боюсь, что даже если мы зашьем рану, Лихорадка проникнет в его тело. Ну, что за упрямцы?! Неужели совсем нет разума? Лезть в Промежуток с такой раной. Пранта, как Хант мог такое допустить? - Шин произнесла вопрос вслух специально, чтобы Юни тоже слышала.
- Она говорит, что Хант был дезориентирован путаницей в мыслях всадника и не мог знать, кому можно доверять в холде. - всадница озвучила ответ золотой специально для юной зеленой.
- Спасибо тебе и Велте, что так быстро отреагировали - пока я собиралась, ты уже сделала все необходимое! - Шин грустно улыбнулась, вытирая лоб Ф'лина смоченным в воде полотенцем.

+6

5

Преодолевать топографический кретинизм можно лишь одним способом — изучая всё пространство вдоль и поперек на своих двоих. Поэтому, кое как освоившись в непосредственно своих владениях, Оливия решила разобраться с вейрами, а заодно и навестить Юни и Калана.  То есть, теперь-то К'лана. Она всё никак не могла привыкнуть, к его новому имени. Чтоб не заблудиться она была вынуждена попросить одну из женщин в нижних пещерах проводить. Чтоб не тратить время совсем уж праздно, целительница прихватила сумку с несколькими горшками масла. Для всадников новорождённых дракончиков, наверняка, они окажутся не лишними.
Вот только добраться ни до кого она так и не успела. Где-то не так далеко, наверно, ярусом ниже она услышала драконий рёв. Какой-то он тревожный... Оливия оглянулась на свою провожатую и по её лицу поняла, что что-то не ладно. Тут же в голове раздался незнакомый бесплотный голос.  Это был дракон, но единственной из них, кого она когда-либо слышала оказалась Пранта. А это была не она. Всадник ранен. В сознание ворвался образ: на песке полулежал мужчина, привалившись к огромной коричневой лапе. Оставив на полу сумки с маслом, она метнулась к ближайшему окну, в попытке рассмотреть, только что увиденное, место. На противоположной стороне чаши она разглядела нескольких драконов и скопление людей. К ним быстрым шагом приближалась ещё одна фигура. Похоже это Шин.
- Мелита, помоги, пожалуйста! Мне нужно забрать свои инструменты и быстро попасть туда. - женщина махнула в сторону. - Догонишь меня. Ты пока сбегай на кухню и прихвати теплой воды. Встретимся на выходе. Очень прошу тебя, поторопись. - уже на бегу бросив своей провожатой, Лив полетела вниз к своей комнате. Этот путь она успела запомнить.
На ходу она пыталась понять по обрывкам драконьих мыслей и образов, что же произошло, морально готовясь к самому страшному. В отчаянной попытке она задала мысленный вопрос Пранте, в надежде, что она каким-то чудом её услышит и хоть что-то прояснит. Ведь Шин говорила, что она может обращаться через неё. Вот только Оливия, от всего этого немного растерявшаяся, не уточнила как именно. На удивление, ответ не замедлил себя ждать. Целительница чуть не слетела с лестницы, когда в голову ворвался очередной образ. Присевшая рядом, Юни смазывает протяжённую рану на правом боку. Промежуток... С этим ранением он побывал в промежутке. Её передёрнуло от неприятных воспоминаний. Ей всегда было интересно, неужели все всадники к этому привыкают? Холод. С одной стороны, не так уж он и плох... Даже наоборот, скорее полезен. Но после промежутка лихорадочные состояния почти всегда усугублялись и отмерших тканей было больше, воспаление протекает активней и начинается быстрей. Промывать приходится гораздо дольше, а дольше... это всегда хуже. Время почти всегда работает против. Правда, то, что она видела, не казалось чем-то чересчур серьёзным.
Пару минут она собирала сумку с инструментами, чистыми бинтами и антисептиками.
Мелита прибежала почти сразу же. Молодец. - отметила про себя целительница. Они старались идти как можно быстрей, но сумки не позволяли перейти на бег, не хватало ещё  разбить что-нибудь по пути. Оливия прибавила шаг, издали увидев драконов одним из которых была Пранта. Второй коричневый, судя по всему, и принёс своего раненого всадника. Он уже не ревел во весь голос, лишь огромный хвост выбивал беспокойную дрожь. Проносясь мимо, Лив подняла голову, крикнув:
- Спасибо! - это предназначалось золотой. - Мы ему поможем. - а это коричневому.
Не любила она давать какие-либо обещания, но хотелось хоть как-то успокоить бедного зверя. Мысленно скривившись, она смахнула суеверные мысли. Мелита свернула во внутреннюю пещеру и, ойкнув, остановилась. - Ф'лин... похоже, она хорошо знала этого всадника и даже, возможно, питала некоторую симпатию. Забрав у неё воду, Оливия отправила девушку обратно, решив, что уж втроём-то они дальше как-нибудь справятся.
Целительница приветственно кивнула всадницам и подошла к столу, на который уложили парня. Верхнюю одежду уже сняли, судя по ошмёткам лётной куртки, проделано всё было весьма аккуратно. Рана была прикрыта валиком из ткани. И о свете позаботились. Вокруг было установлено ещё несколько светильников. Лив приложила руку к горячему лбу, осторожно отвела мужскую руку в сторону и приподняла окровавленную ткань. Глубокая резаная рана пересекала правый бок, а вот насколько глубоко предстояло выяснить. Активного кровотечения не наблюдалось, значит крупные сосуды не задеты. Но его уже лихорадит. Надо поторопиться. Подняв голову она слабо улыбнулась девушкам.
- Вы всё правильно сделали. Молодцы. Не удалось узнать, сколько времени он так?
Оливия стала спешно вытаскивать из сумки инструменты и бутыли с антисептиками, начав приготовления, подложила чистую ткань, под место раны, которая тут же покрылась алыми пятнами, слабо сочащейся крови. Сняла верхнюю одежду, закатала рукава и одела чистый фартук.
- Юни, не поможешь? - целительница кивнула на кувшин с водой для умывания. - Шин, если получится, попробуй его напоить. Мелита принесла воду. - произнесла она, тщательно натирая руки мыльным песком. Закончив с приготовлениями, она ещё раз окинула молодого парня взглядом. Кто ж тебя так? При других обстоятельствах она бы может ещё и полюбовалась на правильные черты лица и сильное тело, но сейчас важно было это тело вернуть к нормальной жизни... Поэтому отбросив лишние мысли она обработала кожу вокруг раны крепким обеззараживающим раствором. Пройдясь взглядом по аккуратному ряду инструментов, выбрала один из них.
- Подсветите? Сейчас посмотрим что у нас там...

Отредактировано Оливия (2012-02-08 13:12:35)

+7

6

Ф'лин привалился спиной к лапе дракона, думая о том, как хорошо, что Хант такой огромный. Голубой не смог бы сделать и половину того, что они проделывали с коричневым зверем.
Хант метался и бил хвостом по земле, он никогда не видел своего всадника настолько беспомощным, у Ф'лина всегда был отличный иммунитет, он даже почти никогда не простужался, а сейчас дракон чувствовал в мыслях своего всадника переполох. Он боялся.
-Хант… – Хриплый голос всадника заставил зверя замолчать. - Ты как Золотая около своей Кладки.
Даже сейчас Ф'лин старался шутить, это было частью его натуры, он улыбался сквозь боль и сильнее прижимал руку к ребрам, чувствуя как между пальцев сочиться кровь.
- Ты ранен. Тебе нужна помощь. – Не унимался дракон.
-Ты и так поднял на ноги весь Вейр. Скоро прилетят из Плоскогорья, уверен, что и там слышны твои крики. – Голос всадника снизился до шепота, что привела дракона еще в большую тревогу, он расправил крылья, словно хотел закрыть ими человека от всего внешнего мира.
Огромные мембранные крылья встрепенулись, но дракон снова опустил их, в его сетчатых, обычно радужных глазах сейчас преобладали оранжевые и красные тона.
Коричневый и его зверь даже не замечали, что рядом с ним кто-то есть, всаднику так нужна была опора, что он боялся отойти от Ханта. Ему казалось, что только он оторвется от теплой шкуры зверя, как силы тут же покинут его. Но так же Ф'лин понимал, что не может так стоять рядом с драконом весь день, хотя, конечно, Хант не возражал. Он, сжав зубы, оторвался от бока дракона, придерживая мягкую шкуру одной рукой и уговаривал себя пойти в Нижние пещеры. Нет ничего проще, чем просто пойти. Он умеет это всю жизнь, ничуть не хуже, чем Хант летать.
Это просто. – Убеждал себя Ф'лин.
Он оторвал руку от коричневого и сделал пару шагов, но на большее его не хватило, оказалось, что все не так хорошо, как он пытался себя убедить. Ф'лин почувствовал головокружение, от куда-то навалилась слабость, он услышал встревоженный крик Ханта и стал заваливаться на бок. Его подхватили мягкие руки, но у них не хватило сил удержать его, они вместе опустились на песок.
-Это просто царапина… – Пытался пробормотать Ф'лин, но во рту у него совершенно пересохло, а в рот, казалось, насыпали пригоршню песка.  Он с трудом ворочал языком, и сказать что-то еще было ему явно не под силу, к тому же громкие крики Ханта взвились на какие-то совсем оглушающие ноты. Он почти ничего не говорил, только оглушающее стенал.
Хант. – Даже ментальный сигнал всадника был едва слышен.
Он хотел снова что-то сказать, но понял, что в этом не было никакого смысла, теперь к голосу Ханта присоединились другие драконы, и вот тут они уже совершенно точно подняли на ноги весь Вейр.
Ф'лин почти перестал что-либо чувствовать, он ощущал только боль в боку, от чего бы с удовольствием отказался, и тело девушки, прижимающейся к его спине. Если бы он имел возможность связно думать, то это бы ему абсолютно точно понравилось, но кажется, всадница попалась ему совершенно профессиональной, он был уверен, что это всадница по легкому запаху дракона, который был знаком любому крылатому. К тому же ее пальцы были настолько мягкими, что говорила о небольшом возрасте ее дракончика, она все время мазала его маслом.
Коричневый сжал зубы и тихо вдохнул, когда девушка прижала ладонь к его ране, на что тут же отозвался взволнованными криками Хант. Ф'лин слышал его словно издалека, ему казалось, что он нырнул в очень глубокое озеро, все звуки были приглушенными, будто доносились через толщу воды.
- Ф'лин. – Донесся до него через гул в ушах такой родной и знакомый, полный переживаний голос. Всадник прерывисто вдохнул, дракон очень редко называл его по имени.
-Хант… – Пробормотал он пересохшими губами, а дальше в его ушах был только гул, мужчина закрыл глаза, и ему показалось, что сознание дракона ускользает от него.
Около Ханта приземлилась Пранта, дракон почти обезумел, он больше не слышал мыслей своего всадника, его хвост метался из стороны в сторону, он пронзительно кричал. Золотая принялась говорить ему, что все будет нормально, что сейчас придет ее всадница Шин, что она поможет его всаднику. Ей понадобилось довольно много времени, прежде чем крики коричневого стихли.
Ф'лину сквозь темноту казалось, что рядом с ним был еще кто-то, он не мог открыть глаза и посмотреть на этого человека, но был полностью уверен, что это была женщина.
- Я с тобой. А ты со мной. Навсегда. – Голос Ханта прорезался в сознание, Ф'лин с трудом открыл глаза, бок, который только пару минут назад пылал, словно в окне теперь горел не так сильно, словно к ране приложили что-то холодное. Всадник попытался вдохнуть, воздух с хрипом вошел в легкие и не принес должного облегчения. К губам коричневого всадника прижалась чаша с неприятно пахнущей жидкостью, Ф'лин попытался увернуться и скривил губы.
- Пранта говорит, что ты должен это выпить.
Значит тут была Шин, всадница Золотой Пранты, Ф'лин покорно разомкнул губы, позволив напоить себя неприятно пахнущим отваром. В любое другое время всадник бы возгордился такой честью, Золотая Королева откликнулась на зов его коричневого.
Мужчина приоткрыл глаза, над ним склонились обеспокоенные лица девушке, он попытался, было, улыбнуться, но вместо этого вышла болезненная гримаса, когда его подняли и понесли куда-то. Он снова закрыл глаза, опираясь только на сознание своего дракона, которое неотступно было с ним, как спасительная соломинка от забвения, Хант снова поднял крик, но с ним справилась Пранта без участия всадника.
Все было словно в предрассветном тумане, периодически Ф'лину удавалось вынырнуть из него и отрыть глаза. В одно из таких просветлений он отчетливо услышал голос Шин:
-Пранта, как Хант мог такое допустить?
Дракон ответил что-то неразборчивое.
-Он не виноват, - всаднику пришлось повторить это, чтобы его услышали, - это только моя вина.
На лоб коричневого легло холодное полотенце, и он глухо застонал от удовольствия, ему казалось, что его тело горит изнутри.
- Целительница говорит, что они помогут тебе. – Снова донесся беспокойный голос коричневого дракона, он старательно выгибал клиновидную голову, желая заглянуть в пещеру, чтобы увидеть своего всадника.
В пещере появился еще кто-то, у мужчины уже не было сил открыть глаза.
- Это целитель. – Донесся голос Ханта, он старался быть спокойным и Ф'лин мысленно поблагодарил его за это.
Его лба коснулась прохладная рука и всадник, не сдержавшись, тихо застонал от удовольствия. Прохладные пальцы отвели его руку от раны с рваными краями. Всаднику снова пришлось сжать зубы, черты его лица немного заострились от боли.
Девушки колдовали над ним, но ноющая боль не позволила ему точно определить их действия, на самом деле ему было не важно, что они делают, он хотел впасть в полное забытье и ничего не чувствовать кроме сознания Ханта в своем.
Забвение не наступало, Ф'лин усилием воли открыл глаза и встретился с ясным взглядом девушки, которую его Хант упорно называл целительницей. Всаднику этого было явно не достаточно, он попытался улыбнуться.
-Как твое имя? – Ему хотелось остаться в сознание до ее ответа, но оно ускользало от него.
Их взгляды встретились, Ф'лин облизнул пересохшие губы, стараясь дольше видеть ее лицо, но на глаза опускалась пелена.
- Узнай ее имя. – Попросил коричневый у своего дракона. Это было последнее, что он мог сделать.
Веки мужчины налились свинцовой тяжестью, он больше не мог держать их открытыми, а рана с каждой секундой доставляла все больше неприятных ощущений. Не помогали даже прохладные пальцы целительницы, чье лицо ускользало от всадника.

Отредактировано Ф'лин (2012-02-07 15:25:43)

+5

7

Оливия подцепила край раны, но почувствовала, как дрогнуло тело парня. Переведя взгляд на его лицо, поняла, что Ф'лин всё ещё чувствует боль. Странно... Вытяжка кошачьей травы уже должна была подействовать. Он должен перестать понимать боль, либо отключиться. Она выпрямилась, глядя ему в глаза. Мягко улыбнулась, утешительно как ребёнку. Больные — они все как дети, им плохо, их нужно не только лечить, но и успокаивать, даже если сами не понимают, что происходит, всегда есть страх тела, который выливается усиленным страданием.
- Ничего, скоро боль уйдёт. - Во имя Первого яйца! Он ещё пытается улыбаться...- Тшш...  - Лив поднесла палец к губам, глядя как парень в полубреду что-то шепчет. - Не напрягайся. - В груди что-то заворочалось. Наверно, сострадание. Ох, и лишнее же оно сейчас. Когда примешиваются личные эмоции, профессионализм отступает в сторону. Возможно, поэтому она упустила тогда родителей, хоть и не хотелось в это верить. Оливия вспомнила прикосновение к горячему лбу всадника, почти такой же, как тогда у её матери. На мгновение показалось, что женщина стоит не в обширной пещере вейра, а сидит рядом с постелью в комнатке с низкими потолками, где умирают два близких человека, а она не успевает ухватиться за ниточки их жизней. Моргнув, целительница глубоко вздохнула, возвращаясь к реальности. Тебя я не упущу. С силой сжав в пальцах скальпель, отогнала секундную слабость. Да, с тех пор, как у неё на руках умерли родители, она растеряла львиную долю своей уверенности. Наверно, Джанер бы её такой не узнал... Мысль о брате задела тонкие струнки гордости. Этому парню нужна помощь, нечего раскисать. Тем более сейчас в руках не только его жизнь.
Увидев, что Ф'лин всё-таки отключился, она удовлетворённо кивнула. Можно приступать.
- Шин, последишь за компрессами? Приложи ещё один ко второй руке на запястье и ладонь. - хотя, зачем она всё это говорит, девушка, наверняка, сама прекрасно знала, что делать при температуре. Просто, лишний раз напомнить... Привыкла всё контролировать, тем более теперь она оказалась одна за главную, и это было немного непривычно. Раньше в цехе вокруг толпами ходили мастера, готовые в случае чего помочь или поделиться опытом, хотя, Оливия не хуже их разбиралась во многих областях, но здесь вся ответственность лежала исключительно на ней. С другой стороны, это и хорошо, целительница не любила, когда что-то делается не так, как ей надо. Перфекционизм, наверно...
Вернувшись к ране, она раздвинула края, на сколько это было возможно. В самом глубоком месте, нож (а орудием мог быть только нож) лишь слегка поцарапал лёгкое, затем прошёлся по ребру. Да ещё бы пара сантиметров... Как бы глупо ни звучало, но ему повезло. Ничего серьёзного, если бы не этот Промежуток! Всё слишком быстро... Опухоль, которая должна была образовываться гораздо позже начала давать о себе знать уже сейчас. С досадой вздохнув, она негромко произнесла:
- Юни не подержишь? Как раз лучше увидишь куда светить. - она передала инструмент, которым оттягивала верхний край кожи, девушке и стала осторожно промывать рану, обильно поливая её дезинфицирующим раствором, смывая редкие крупинки песка,  невпитавшиеся остатки холодилки и запёкшуюся кровь с лимфой. Растревоженная плоть снова закровила. В проёме периодически появлялась фигура дракона, загораживая всё, так что этот источник света Оливия в расчёт изначально не брала. Пинцетом подхватила из кучи стерильных тампонов один, щедро обмакнула его в антисептик и аккуратно смахнула всё, что не снялось с первого раза.  У самой кожи она заметила небольшие участки омертвевших тканей. Да, а в обычных условиях ничего этого бы не было... Почему так происходит? Аккуратно удалив их, она ещё раз промыла рану и начала накладывать швы. Теперь всё зависит от ухода и крепости его организма. Хотя как раз этот-то момент не вызывал сомнений, он молод, а тренированное тело говорит о выносливости. Всё обойдётся. Сейчас нужно бросить все силы на борьбу с лихорадкой.
- Не удалось выяснить, что там произошло? - теперь она готова была говорить. Во время работы женщина не проронила почти ни слова, стараясь делать всё как можно быстрее, чувствуя, что счёт пошёл на минуты. Она обложила шов по бокам бинтами и слабо обмотала сверху ещё одним слоем, что б он не соприкасался с кожей вплотную. Пока они колдовали над раной, женщины из нижних пещер застелили чистую постель. Потерев лоб, она оглянулась, проверяя всё ли нормально.
- Спасибо вам. Повезло мне с такими помощницами. – Оливия мягко улыбнулась, переводя взгляд с одной девушки на другую. - Теперь надо очень аккуратно раздеть его, чтоб не потревожить рану, обмыть и переложить. Шин, позовёшь потом кого-нибудь из всадников, чтоб помогли перенести?
Убрав со стола грязные инструменты, бинты и банки с растворами, она стала помогать девушкам с остатками одежды. А затем, взяв новую тряпку, промокнула в воде и стала осторожно протирать горячую кожу.
- Через пару часов действие наркотика должно закончиться, и он проснётся от боли.
Надо будет заранее наложить холодилку. А потом, обязательно напоить, иначе лихорадка высушит его изнутри. И, пожалуй, снова дать вытяжку из кошачьей травы.  Ээх, не хотелось бы лишний раз…

+5

8

Девушка помогла Шин освободить всадника от куртки и вместе они осторожно устроили его на столе. Золотая всадница попросила принести дополнительные светильники и расставить их вокруг стола.
- Что мы сейчас можем сделать, Юни? Я боюсь, что даже если мы зашьем рану, Лихорадка проникнет в его тело. Ну, что за упрямцы?! Неужели совсем нет разума? Лезть в Промежуток с такой раной. Пранта, как Хант мог такое допустить? – вопрос золотой  только усилил тревогу Юни.  В холде она часто видела резанные раны,доводилось их и зашивать.  И эта рана не выглядела особо опасной. Но золотая всадница явно была очень обеспокоенна  прохождением раненного через Промежуток. Выросшая в холде девушка ещё не могла представить все опасности этой холодной бездны, её познания о Промежутке ограничивались пока только словами Наставника молодых всадников, что драконы должны иметь неповрежденную шкуру, для безопасного полета через него.
Вбежавшая в пещеру мастер Оливия вызвала у зеленой всадницы облегченный вздох. Быстро шагнув к столу, Юни придержала всадника за плечи и почувствовала, как он вздрогнул, когда целительница ввела в рану инструмент. «Неужели он ещё чувствует боль?»- запекшиеся губы пытались сложиться в улыбку. Девушка с трудом сглотнула вставший в горле комок: видеть всадника таким беспомощным было тяжело, ведь они всегда казались такими неуязвимыми. Вглядевшись в осунувшееся лицо коричневого, она тихонько провела пальцами  по его лбу, словно стараясь стереть залегшую между бровей складку боли. Ощутив, наконец, как расслабилось под руками тело мужчины, склонилась ближе к ране, внимательно следя за действиями старшей целительницы, готовая в любой момент помочь.
Мастер работала молча, точными выверенными движениями, и тревога постепенно отступила, уступая место уверенности в том, что всадник будет здоров. Единственное, что сильно беспокоило всадницу, это был уже начавшийся процесс омертвления тканей и довольно сильный жар.
Когда с перевязкой было покончено, девушка  помогла убрать все инструменты по местам и выслушала наставления Оливии.
Не удалось выяснить, что там произошло? - вопрос заставил Юни потянуться к своей зеленой, но малышка уже действительно спала и не ответила на призыв подруги.
- Велта только передала мне, как Хант спускается в Вейр, и что его всаднику нужна помощь. - она немного виновато посмотрела на Шин, надеясь что её королева может знать больше о случившемся.

+5

9

Шин, которая во время зашивания раны ничем не могла помочь двум лекаркам, а только, по просьбе Лив, следила, чтобы компрессы, которые она наложила, не сползали с лба и рук мечущегося коричневого, одновременно с этим разговаривала со своей Золотой.
- Пран, милая, ты можешь поговорить с Хантом! Что с ними произошло? Где они были, кто напал на Ф'лина? Для нас очень важно понять, как это все могло случиться! - Шин напряженно вскинула голову и, ожидая ответа королевы, с силой сжала ладони.
- Хант говорит: они были на ярмарке, в Лемосе. Его разбудил гнев Ф'лина, он не мог попасть к нему, всадник запретил, да и сесть на площади было негде, он видел человека, холдера, который напал на Ф'лина с кинжалом. Всадник был в ярости...А почему, Хант не знает. - Пранта с трудом разбиралась в сбивчивых образах коричневого гиганта, пытаясь вместе с этим еще и успокаивать его.
- Оливия, Юни, Пранта передала мне, что была драка. На ярмарке в Лемосе. А, поскольку Ф'лин никогда не отличался особым спокойствием, я боюсь предположить самое плохое. Мне кажется, его кто-то оскорбил. Потому что Хант видел холдера, который первым выхватил кинжал. - Шин говорила быстро и немного глухо. Все, чего она боялась, начало сбываться. Для нее худшего развития событий просто быть не могло. Уже давно она, путешествуя по Холдам, замечала холодность и отчужденность людей по отношению к себе. Но, до сих пор, никто на Перне не мог даже подумать о том, чтобы напасть на всадника, а значит, причинить вред и его дракону. Теперь же это произошло...
- Мне сейчас же необходимо доложить обо всем В'мару и Илуре. Я пришлю всадников, чтобы они отнесли Ф'лина в вейр, а то его коричневый скоро лишится рассудка от волнения. И попрошу кого-нибудь из Нижних Пещер, чтобы посидели с ним, пока он не проснется. Лив, Юни, если вам нужно будет подняться к Ф'лину, то Пранта всегда вам поможет - он высоковато находится, чтобы бегать туда на своих двоих. - Шин попыталась улыбнуться, но ее глаза то и дело возвращались к перевязанной ране.
- И еще, пока не нужно распространяться о том, что мы узнали от Ханта. Я не хочу паники в Вейре, я не хочу, чтобы кто-то из молодых решил отомстить. Подождем, когда Ф'лин очнется и сам все расскажет... - тут девушка запнулась и, почти испуганно взглянув в глаза Лив спрсила:
- Он ведь очнется? Он должен выздороветь! Он молод и силен! И у него есть Хант! - для Шин была невыносима мысль как о смерти всадника, так и о неминуемой гибели его дракона, в случае, если они не смогут помочь Ф'лину.
- Лив, может быть ты знаешь какое-то лекарство, снимающее жар, не позволяющее ране воспалиться? Мои познания касаются в основном драконов и трав. Может, в Цехе есть рецепт? Мы в Вейрах болеем редко - только небольшие простуды, да похмелье после больших праздников. - всадница резко оперлась о стол и чуть мотнула головой.
- Как же так... Как такое могло произойти...

+6

10

Он был в темноте, в полной тьме, словно свет Ракбета перестал доставать до него. Ф’лину на какое-то мгновение показалось, что он в Промежутке, только не было холода. Даже наоборот, ему казалось, что в этот странном Промежутке все время становиться теплее. Он стал озираться по сторонам, но вокруг ничего не было, только на горизонте молодому человеку виделись красные вспышки, на которые он сначала не обращал внимания. Вспышки приближались, вскоре они заполонили все пространство, а вместе с ними пришла и боль.
Она была странной, непонятно, казалась какой-то далекой, но не отступала. Наоборот, с каждым вздохом боль становилась все ближе, пока не накрыла с головой.
Молодой человек глубоко вдохнул и тут же пожалел об этом. Горячий воздух обжег гортань, и теперь ему было нечем дышать. Он заметался и запутался в чем-то мягком, прилипающим к телу, ему казалось, что это нечто похоже на водоросли. К тому же от безуспешных попыток выпутаться боль нахлынула с новой силой. Всаднику, о чем молодой человек с трудом вспомнил, пришлось сжать зубы, но из горла все равно вырвался сдавленных хриплый стон.
Ему мерещилось, что пламя сжигает его изнутри, не дает воздуху проникнуть в легкие. А сами легкие казались ему очень маленькими и словно сделанные из очень тонкого стекла. При всем при этом в его сознание старательно пытались проникнуть какие-то звуки, которые Ф’лин толком не мог различить.
Очень знакомый навязчивый голос бился у него в голове. Такой родной, что всадник всем существом тянулся к этому голос, но ему мешал жар и боль, которое то накрывали его с головой, но отпускали. Мужчине казалось, что он плавает по волнам, тогда можно было объяснить и водоросли, в которых он запутался.
Ф’лин никак не мог понять, почему он не может вырваться, что это за преграды, которые держать его. Ему хотелось открыть глаза, чтобы увидеть все самому, но веки налились тяжестью.
- Ф’лин. – Настойчиво звал такой далекий и такой родной голос. Он был немного хмурым, если так  можно сказать о голосе, глубоким, словно темные воды, в которых пребывал Ф’лин, но одновременно животворным, словно легкий весенний ветерок. К этому голосу хотелось стремиться, идти к нему через тьму, свет, жар. Не важно.
Молодой человек всем своим существом тянулся к голосу, не слишком понимая откуда он идет и кому принадлежит. Всаднику казалось, что только когда голос произнес имя к нему пришло осознание, что это его имя. Это его так зовут. Ф’лин. Догадка была правильной, он чувствовал. Но сейчас его интересовало только одно – кто же обладатель этого зовущего голоса.
- Я Хант. – Ему показалось, что голос дрогнул.
Но одновременно по телу, где-то в груди разлилось такое тепло, которое заполонило собой все существо молодого человека. Тепло полностью затмило сжигающий его жар, оно было легким, едва ощутимым, безумно приятным. Словно тепло рук матери.
- Хант…. – Хриплым эхом отозвался всадник.
Жар отступил, теперь его место в груди плотно заняло тепло, которое шло от голоса. От Ханта. Ф’лин перестал метаться, его дыхание стало более ровным, воздух тонкой струйкой стал поступать в легкие и ему казалось, что он может задохнуться от него. Никогда еще воздух не казался молодому человеку таким опьяняюще-прекрасным.
К тому же он тал слышать звуки. Рядом с ним кто-то находился. Он слышал шаги и шорохи.
Эти звуки казались самыми прекрасными звуками в мире, после полной тишины они были просто музыкой. Всадник затих, ощущая пробуждение нового чувства. Теперь ему открылся мир запахов и рядом с ним даже жар и боль немного померкли. Ф’лин старался дышать реже, вдыхая как можно больше кислорода, чтобы вместе с ним уловить все окружающие его запахи.
Здесь одновременно были ужасно неприятные ароматы, горькие, резкие и самый лучший запах на свете. Всадник сам того, не понимая, тянулся к нему всем своим существом.
Он не мог сказать, что или кто именно издает этот запах, но был уверен, что никогда не променяет его ни на что на свете. Даже весенние цветы на полях не пахнут так сладко. Этот запах был знаком его лучше прочих, он был родным, тонким, очень любимым.
- Драконы. – Мелькнуло в его голове знакомое слово.
Он тут же открыл глаза, не обращая внимания на боль.
- Хант…. – Голос не окреп и был похож на карканье, но звучал сильнее и увереннее.
Мысли всадника стали понемногу обретать связность.
- Я не вижу тебя. – Посетовал Хант, пытаясь засунуть голову в небольшой проход, ведущий в вейр. - - Пранта спрашивала у меня, что с тобой случилось. Я почти ничего не знаю.
Ф’лин чувствовал волнение своего зверя, ему безумно хотелось провалиться обратно в сон, это было намного лучше, чем сейчас. Но он никогда бы не согласился вернуться в огненное подобие Промежутка. Голова ужасно болела, свет резал глаза, но хуже всего было на боку. Коричневый попытался сделать движение, чтобы пошевелить рукой и тут же задохнулся от стона, в добавок к этому около входа в Вейр закричал и забил крыльями Хант, воспринимая боль всадника, как свою.
- Хант…. – Снова попытался сказать Ф’лин, его губы пересохли, а язык, как казалось всаднику, стал таким огромным, что просто не помещался во рту. - Успокойся. – Думать было намного легче, но голова ужасно болела. К тому же всаднику казалось, что у него синяки и ссадины по всему телу, будто бы он упал с большой высоты на камни и еще несколько длин дракона проехался на животе.
Ф’лин вспомнил, что рядом с ним кто-то находился, но сил думать, кто именно у него не было, просто шевельнул губами, которые сами сложились в одно-единственное слово:
- Воды.

+5

11

Значит драка... с холдером. Почему-то она была совсем не удивлена. Даже в Цехе некоторые мастера позволяли себе крайне вольные высказывания в адрес всадников. Хотя им-то с чего... Оливия никогда не участвовала в подобных разговорах, считая их пустой болтовнёй недалёких зануд. И крайне недальновидных... Если никто долго не расшибал себе колени — это ещё не повод, не делать запасы холодилки!
Она тяжело вздохнула, аккуратно протирая влажной тканью, шею и руки мужчины. Это  был неплохой способ принести хотя бы небольшое облегчение и сбить жар, а заодно смыть пот и пыль, скопившиеся на коже. Она делала всё почти на автомате, невольно залюбовавшись на руки, в которых чувствовалась сила, скованная теперь лихорадкой. Ему бы радоваться жизни, а не валяться здесь таким разбитым. Единственное, что она знала это то, что это всего лишь вопрос времени. Всё нормально, он сильнее, чем теперь кажется. Просто, нужно немножко помочь.
- Шин, я не думаю, что его стоит сейчас вообще трогать. – её голос был спокоен, но твёрд. - Если и переносить, то максимум до лазарета. Там у меня хотя бы все лекарства, и это не так далеко. Тащить его сейчас по лестницам — не самая удачная идея. Полагаю, его вейр даже не на четвёртом уровне? Думаю, Хант потерпит недолгую разлуку ради своего же всадника. Если вы с Прантой ему всё объясните... он должен понять. - последняя фраза была скорее просьбой, нежели попыткой убедить. Женщина всё ещё не знала, может ли сама заговорить с драконом, она бы нашла нужные слова… Даже готова была взять на себя роль злодейки, разлучавшей их, ведь была уверена, что пока так надо.
Закончив с обтираниями, Оливия укрыла всадника тёплым одеялом, осторожно прикрывая место ранения, чтоб ненароком не задеть. Она подхватила, уже успевший стать тёплым, компресс и, промокнув его в прохладную воду, приложила обратно, потрогав перед этим лоб. Очень горячий... Да, придётся сбивать.
- У меня есть, довольно, эффективная смесь.– Это было то самое лекарство, что целительница сделала для родителей, жаль, что слишком поздно. – А вот воспаление трогать пока не стоит, это нормальная реакция. Я сейчас иду в лазарет, сделаю отвар и подготовлю место для Ф’лина. Если он очнётся, смажьте воспалённую область вокруг шва холодилкой. И обязательно напоите. – Женщина предупредительно налила воды в кружку. Она уже собралась, когда услышала хриплый голос. Он приходит в себя? Она подошла к лежащему парню. Заметив попытку пошевелиться, аккуратно прижала его руку и плечо. Не хватало ещё, чтоб он навредил сам себе.
- Тихо… Не двигайся. – Лив не думала, что он её послушает, это было скорее рефлекторно. Она знала, что девушки и сами справятся, но привычка, рассчитывать в на свои силы и держать руку на пульсе, брала своё. Поэтому, когда парень очнулся, она решила задержаться. Тем более, услышав жалобные крики дракона, она как-то ещё яснее осознала мучения всадника. Целительница прихватила заранее приготовленную воду и, приподняв голову парня, поднесла кружку к губам.
- Юни, обработай пока рану холодилкой.

Отредактировано Оливия (2012-02-14 14:04:39)

+6

12

- Да, думаю, ты права, Лив, тряска при подъеме на Верхние уровни станет для него мучительным испытанием, еще, убереги Фаранта, рана может раскрыться... Лучше оставим его в лазарете. А Пранта попробует уговорить Ханта не так громко стенать. В конце концов, он может просунуть голову внутрь и увидеть своего всадника! - с этими словами Шин вышла из комнаты, негромко позвала всадников, ждущих распоряжений целительницы, и под ее бдительным надзором они аккуратно перенесли раненого всадника, стараясь как можно меньше его тревожить, на носилки.
Оливия быстрым шагом направилась в сторону лазарета, чтобы приготовить место и снадобье для коричневого.
А Шин осталась в глубоких раздумьях. Что-то странное мелькнуло в глазах Оливии, когда она говорила о лекарстве, какая-то тревога или застарелая, загоняемая внутрь боль.
- Она вспоминает кого-то, кто умер. Она винит себя... Но я не понимаю, почему. И еще она очень счастлива, что может помогать кому-то выздороветь. - Пранта, как всегда была рядом и чувствовала сильные переживания многих людей. А Оливия ей нравилась с самого их первого знакомства, часто она называла Мастера по имени в разговоре со своей всадницей - это уже перестало удивлять Шин, но выяснить, как и почему возникло у ее золотой такое уважение к целительнице, она не могла, да и не хотела.
- Золото мое, нам еще надо позаботиться о Ханте - во-первых, бедный зверь явно голоден, а, во-вторых, если он будет так надрываться, то заболеет сам. Может быть, ты побудешь с ним пока Ф'лин не очнется? - всадница резко встряхнула головой и с силой потерла кончик носа.
- Я принесу ему верра, чтобы он мог остаться рядом со своим всадником - в мысленном голосе Пранты послышалась великодушная снисходительность.
- Но-но, не задирайся, дорогая. Как бы ты себя чувствовала и вела, если бы я мучилась от раны и от Лихорадки! Хант имеет право переживать, но вот морить себя голодом - нет! Я надеюсь, тебе удастся его хоть чуть-чуть успокоить. - всадница решительно поднялась, но вдруг ее плечи снова поникли.
- И вот сейчас мне нужно будет идти к В'мару и объяснять, что, во имя Скорлупы, произошло... А я сама не знаю. Пытаться основываться на образах Ханта - не лучшая идея, мне кажется...
- В'мар пока не знает, он далеко, также, как и Илура - у тебя будет время подготовиться. А пока иди и поешь! - когда золотая начинала говорить таким тоном, спорить с ней было совершенно бесполезно.
- Если Ланта прилетит, я тебя предупрежу. Иди-иди, - мысли дракона ощущались, как дружеское подталкивание в спину. - Перед сложным заданием нужно всегда хорошо есть! - со знанием дела заявила королева
- Вот как ты можешь думать о еде именно тогда, когда столько проблем слетелось на наш карниз, как стая голодных цеппи? - Шин еще раз встряхнула головой, словно освобождаясь от груза проблем, повела плечами и, смирившись с наказом своего дракона, побрела на кухню, чтобы перекусить, тем более, что в животе у нее все сильнее бурчало - не ела она со вчерашнего вечера, а время было далеко за полдень, да и сказались переживания этого дня.
- Ты только представь, что, во имя Первого Яйца, я должна буду сказать Предводителям? - Пранта многозначительно промолчала - она была занята выбором самого мясистого верра для Ханта.

+3

13

Целительница кивнула, увидев, что золотая собралась уходить. За своё не столь длительное пребывание в Вейре её уже несколько раз посетила мысль, как удачно, что на пути попался такой человек. Ей льстило уважение Шин и немного удивляло поведение её дракона. Самой Оливии не казалось, что она чем-то заслужила столь особенное отношение, ещё и после постигших её неудач. Но, итог один, если бы не всадница, вряд ли ей удалось так быстро освоиться... Раньше, вокруг неё всегда было масса специалистов, у которых стоило многому поучиться. Здесь просто не с кем было сравнивать. В Цехе приходилось постоянно доказывать своё право называться мастером, вечно чего-то добиваться. Теперь, пожалуй, этого даже немного не хватало, ведь в спорах рождается истина, и, зачастую, слыша чужие аргументы, она только укреплялась в правоте своих. Ну ничего, скоро здесь окажется Джанер. Она мягко улыбнулась вспомнив о брате.
Почти сразу в проёме появилось несколько мужчин с носилками. К тому времени, Юни закончила обрабатывать рану. Оливия отпустила голову Ф'лина и отняла кружку от губ.
- Сейчас мы тебя немножко потревожим. - обратилась она к парню. Не очень хорошо будет, если он от неожиданности начнёт дергаться. Перед тем как его переносить она последний раз поменяла компрессы.
- Приветствую — тепло улыбнувшись, негромко поздоровалась со всадниками. -  Ребят, возьмитесь за края простыни и на счёт «три» перенесите его на носилки.  - убедившись, что они ухватились как надо, она кивнула — Готовы? Раз, два, три. - мужчины выполнили всё в точности и их манипуляции не должны были доставить раненому сильного беспокойства. - Молодцы.
- Юни , я побежала. Последи за ним. - Опять перестраховка, но мало ли... Подхватив свои сумки, она обогнала всадников с носилками и спешно направилась в лазарет.  По пути забежала на кухню, попросив одну из девушек помочь с постелью.
Там она распотрошила, привезённые с собой, мешки с порошками и травами. Достала несколько баночек. В одной из них были сухие листья, во втором цветы. Их отвар должен сбить температуру на несколько часов. Она зажгла огонь на небольшом очаге и поставила греть воду. Немного подумав, достала ещё пару баночек. В процесс воспаления вмешиваться не хотелось... Но в сочетании с остальными компонентами они дадут более действенный эффект.
Пока Оливия разбиралась с лекарствами, прибежала Мелита с бельём. Целительница кивнула на топчан у окна (так коричневому будет проще увидеть своего всадника) и та стала её заправлять, нерешительно поглядывая в сторону целительницы, словно хотела что-то спросить. Под конец, девушка всё же не удержалась.
- А... Что с ним? Он выздоровеет?
Лив, увлечённая составлением нужных пропорций, повернулась не сразу. Она успокаивающе улыбнулась. Помнится, Шин не хотела, чтоб новости о его ранении широко распространялись. Пожалуй, от её желаний мало что зависит и об инциденте знают уже многие, главное, чтоб всё это не обросло новыми слухами.
- С ним уже всё нормально. - почти не соврала. - Не переживай...
Оливия не желала дальнейших расспросов, но в проёме послышались шаги. Тихо вздохнула от облегчения, сейчас она займётся Ф'лином и будет не до разговоров. Девушка отошла в сторону, пропуская всадников с их ношей, рядом с которыми показалась и Юни. Лив кивнула вошедшим, указывая на подготовленную постель вблизи от оконного проёма.
- Переложите осторожно, как в прошлый раз. - пронаблюдала, как они слаженно подняли парня. - Спасибо вам. Можете идти. Ему надо отдохнуть. - Это относилось и к Мелите, всё ещё неуверенно жавшейся в стороне.
- Ну вот, народ уже интересуется... - пробормотала она, вернувшись к приготовлению отвара. Залила травяную смесь водой, потом останется только добавить порошок. Затем уже громче обратилась к девушке, уже занятой компрессами. - Юни, вас там по дороге не растерзали с расспросами? Надеюсь Шин скоро свяжется с предводителями... Хант поднял много шума, взбудоражив весь Вейр. Кстати, как он там? - Тревожный рёв уже не было слышно, но словно почувствовав, что он нём говорили дракон показал в окне свою голову, а может так оно и было... Женщина грустно улыбнулась, ещё раз увидев удивительную связь этих огромных существ с человеком. Здорово, наверно... Почти все люди по сути своей так и оставались сами по себе, даже заводя семьи, на недолгое время обретая связь с другими людьми, а по сути... рано или поздно всё равно были одни. Во всяком случае Оливии часто так казалось... А вот всадники... только они с уверенностью могли сказать, что есть кто-то навсегда. И эта девушка, сидящая у постели больного, она теперь тоже знает каково это. Целительница спохватилась, что у Юни теперь есть свои обязанности. Помнится, дракончикам в первые дни необходимо уделять очень много внимания.
- Юни, если Велта проснётся и позовёт тебя, ты можешь идти, с самым сложным мы уже разобрались. - он улыбнулась, пытаясь показать, что она вовсе не гонит юную всадницу, а всего лишь говорит о том, что если ей нужно будет отвлечься, Лив сможет справиться и сама. - Как она у тебя? Когда всё это случилось, я как раз собиралась вас проведать, думала занести масла. Думаю, тебе оно лишним не будет?
Процедив горячую смесь в кружку, через ткань, она всыпала на кончике ложки порошок и прикрыла сверху крышкой.
- Минут через пять будет готово. - она подошла к постели всадника и поставила лекарство на табурет. По привычке чесался язык спросить, как самочувствие, но сейчас ему лучше экономить силы и не тратить их на пустую болтовню. Да по виду и так всё видно - не важно он себя чувствует, но так и должно быть. Оливия, приподняв компресс, потрогала всё ещё горячий лоб и опять отошла к очагу, залив кипятком сушёные кислые ягоды, хорошенько их растолкла. Польза от них не ахти какая в таком виде, но всё же лучше, чем пустая вода, а свежими они очень хорошо помогали от жара. Нужно будет спросить у женщин из нижних пещер, может есть замороженные? Разбавив всё холодным кипятком, она направилась к постели, чтоб напоить Ф'лина. Следующим на очереди будет лекарство.

Отредактировано Оливия (2012-03-02 12:36:37)

+4

14

Губ коснулась жидкость, Ф’лин понятия не имел, кто был тем добрым человеком, но сейчас он казался ему лучшим на всем Перне.
-Ее зовут Оливия. – Мягко раздался у него в голове голос Ханта. Родной голос, который даже в полубреду он не смог бы перепутать не с один другим.
Всадник жадно припал к воде, которая сейчас казалась ему самой великолепной за всю жизнь. Никогда он еще не пил ничего более прекрасного и освежающего, это было словно глотком жизни. Поэтому когда девушка отняла кружку от его губ, он протестующее застонал, пытаясь поднять руку, чтобы снова припасть к жидкости, но оказалось, что сил на это у него не было. Как и на все остальное. Ф’лину казалось, что он пробежал от Битры до Керуна, как скороход, не останавливаясь ни на секунду, чтобы перевести дух и от этого все его мышцы одеревенели и не слушались.
К тому же жар, который поглощал его тела изнутри не смотря на то, что немного ослабел все равно мешал думать. Ф’лину хотелось просто закрыть глаза и отключиться, чтобы не думать ни  о чем, ничего не чувствовать ничего не знать.
-Спасибо. – Едва слышно прошептал всадник, обращаясь одновременно к целительницы и Ханту.
- Ф’лин… - Позвал Хант. В его голосе чувствовалось волнение. – Целитель считает, что ты поправишься.
-Я не могу… не могу тебя бросить. – Сил говорить у него уже не было. – Мы вместе…навсегда.
-Навсегда. – Обозвался коричневый, издавая утробные звуки и расправляя крылья. – Она слышит меня. И может говорить со мной.
До всадника донесся голос целительницы, они собирались его куда-то нести, и сейчас ему больше всего хотелось опять вернуться в черную жаркую пустыню Промежутка, в которой он был до этого. Жар отступил, но теперь ему доставляла неудобство боль в боку, которая не позволяла двинуть левой рукой и пронзало все тело от пальцев до бедра.
К его кровати подошли всадники, сейчас коричневый не мог узнать их лиц, они были для него не больше, чем светлыми пятнами на темном фоне пещеры. Он знал, что Хант разговаривает с их драконами, пытаясь передать своему всаднику их имена и цвета, но он сейчас не мог сконцентрироваться на этом.
На счет три мужчины аккуратно взяли за края простыни и понесли, даже не смотря на это Ф’лина пронзила боль, словно к его телу прижалось раскаленное железо. Он сжал зубы, но вздох боли все же сорвался с его губ.
Всадник молчал, ему больше всего хотелось отключиться, то спасительное небытие не желало приходить к нему, он чувствовал, как его несут, не смотря на всю сосредоточенность всадников даже самые легкие сотрясения не остались для Ф’лина незамеченными. Он слышал, как снаружи верещал Хант, огромный коричневый дракон вел себя сейчас, словно новорожденный детеныш, он только бил крыльями и верещал, а его ментальные сигналы были до убогого просты. Но для измученного болью всадника и этого было вполне достаточно. Он пытался успокоить своего зверя, не слишком успешно, но очень старательно.
Коричневый всадник не понимал куда его несут, температура не давала мыслить связно, не смотря на все его попытки. Но было не слишком трудно догадаться, что ранами занимаются в лазарете. Это слово, которые всплыло в его сознание, особо ни о чем ему не говорило. Он знал его, как и все. Но не слишком часто заходил сюда, всадники были сильными, хвори словно обходили их стороной и они болели намного реже, чем остальные жители Перна.  Наверное, предки специально позаботились об этом, нельзя было допустить, чтобы простая простуда унесла жизнь всадника, а вместе с ним и жизнь его дракона.
Они были слишком тесно связаны, и здоровье одного слишком сильно сказывалось на здоровье другого. Когда всадники болели их драконы тоже выглядели болезненными,  шкура теряла цвет, и становилось тусклой, как бывало в моменты сильной усталости.
Ф’лин надеялся, что Хант будет стойким. Кто-то из них должен был.
Еще одна встряска, еще один тихий болезненный вздох и всадник очутился на ровной поверхности, прохладные простони приятно охлаждали кожу, он приоткрыл глаза. Не смотря на то, что перед ними все еще были красные и белые пятна смотреть было намного легче. Около него суетилось девушка, ее силуэт был немного расплывчатым и он не мог толком разглядеть ее лица. Ф’лин начал различать запахи и они ему сильно не нравились, он сморщился и дернулся, от чего снова глухо застонал. Тут же в окне, около которого он лежал показалась клиновидная коричневая голова. Всадник мысленно поблагодарил того, кто позаботился о его сходящем с ума от беспокойства драконе.
Судя по вопросу целительницы – это было именно ее идея. Если бы не жар, то Ф’лин бы поразился, как подобные вещи может так остро чувствовать человек никак не связанный с драконами. Но если Хант сказал, что она слышит его, то это все объясняет.
-Я в порядке. – Отозвался Хант, отвечая на вопрос целительницы. Всаднику показалось, что голос его дракона был раздасованым и нетерпеливым.
-Тише. – Попросил Ф’лин коричневого. Ханту в отличие от своего всадника казалось, что здоровье Ф’лина бросили на произвол судьбы, хотя дракон не слишком четко понимал в чем должно состоять лечение.  Он чувствовал, что сознание Ф’лина периодически ускользает от него и это очень беспокоило огромного коричневого зверя.
Сам всадник тоже ничего не понимал в врачевание, поэтому никак не мог успокоить своего дракона, он проваливался в сон, чтобы через несколько минут снова проснуться. Казалось, что его организм жаждет отдыха, но боль не давала такой возможности. Как только всадник отключался и пытался принять удобное положение, тут же вспыхивала боль в боку. Но жар был сильнее боли, поэтому Ф’лин все же погружался в короткий изматывающий сон.
К его постели подошла целительница, он почти не видел ее. Это было немного похоже на сильную головную боль, перед глазами все плыло и сознание ускользало от юноши, который старательно пытался вернуть его обратно.  Девушка прикоснулась к его лбу, рука у нее оказалась прохладнее повязки, и это принесло облегчение.
Ф’лин хотел было потянуться за ее рукой, но сил хватило на то, чтобы лишь немного приподнялся и упал обратно на подушки.
Его силы исчезали так стремительно, что коротких отключений сознания было не достаточно, чтобы из восстановить. Вместе с бессилием во всаднике возникала злость, он терпеть не мог быть беспомощным, а сейчас не мог сделать совершенно ничего. Его собственная рука казалась ему чем-то невероятно тяжелым.
Говорят злость придает сил, возможно так и было, когда целительница подошла во второй раз Ф’лин уже кое-как смог приподняться на локте, оставив левую руку висеть плетью вдоль туловища.
-Я должен… мне надо… увидеть Предводителя. – Хрипло пробормотал он. – Это...срочно.
Коричневый всадник попытался было встать, но тут же ахнул от боли и откинулся обратно. Вздоху Ф’лин тут же вторил рев Ханта, который переживал его боль как свою.
Ф’лин несколько минут лежал с закрытыми глазами, находясь на грани сознания, а потом тихо заговорил.
-Я убил его… - Его голос становился то тише, то поднимался, доходя до хриплого полукрика. – Я убил его….не мог иначе…он…он оскорбил…говорил, что…
Юноша замолчал, чтобы собраться с силами.
-Я не мог допустить…он бы все равно…он хотел убить меня… - Речь всадника стала едва слышной. – Я не мог…не мог потерять Ханта.

+5

15

Повернувшись с кружкой Оливия увидела, что Ф’лин пытается встать. Что ж ему спокойно не лежится…  Женщина поставила посудину на ближайшую тумбочку и бросилась к парню, чтоб остановить пока он не натворил дел. Сдавленный стон всадника и жалобный вопль дракона дали понять, что она опоздала. Лив аккуратно надавила на плечи, чтоб оградить его от дальнейших попыток подняться. Хотя, это уже было лишним, он и без её вмешательства упал на постель без сил.
- Ф'лин, пожалуйста, успокойся! - она говорила негромко, но твёрдо, всё ещё прижимая его. - Предводитель уже в курсе, и обязательно придёт поговорить с тобой, но позже. - В курсе... не всего, конечно, и наверняка, сейчас хотел бы понять больше, но Коричневому знать об этом не обязательно. - И к тому моменту ты должен набраться сил. Прошу тебя, не двигайся. Хант. -  целительница повернулась к оконному проёму, где маячила голова дракона. - Твоему другу сейчас важно полежать спокойно, чтобы не тревожить рану. Пожалуйста, последи за этим. - Оливия сама не могла понять, что дёрнуло её обратиться к дракону напрямую. Общение с ними всегда напоминало больше мысли вслух, а вопросы выглядели насквозь риторическими, так как никогда не знаешь наверняка, удостоят ли тебя ответом, и должен ли вообще последовать этот ответ. А это... несколько смущало. Может, у них разговаривать с посторонними вовсе и не принято. Хотя, Пранта почти сразу пошла на контакт. Всё это для Лив было пока как хождение по болоту, ни за что не угадаешь, где оступишься. Но, видимо, она очень боялась, что бурная деятельность больного могла пустить насмарку все их старания. Не то что бы это повлекло какие-то серьёзные последствия, но она привыкла лечить интенсивно и быстро.
Удостоверившись, что всадник отказался от намерений встать, женщина откинула одеяло и заглянула под тонкую защитную ткань повязки. Опухоль усилилась, но швы остались целы, слегка врезаясь в покрасневшую кожу. Она вздохнула с облегчением и, воспользовавшись случаем, ещё раз смазала область вокруг шва холодилкой. Затем сняла компресс и в очередной раз смочила в прохладной воде. Хриплый голос заставил руку с влажной тканью слегка дрогнуть, целительница думала, что парень, наконец, забылся сном.
Всего пара обрывков фраз абсолютно чётко дорисовала картину и подтвердила догадки. Эти холдеры… что же стало с людьми всего за одно поколение… Случись такое ещё пятьдесят оборотов назад. Никто бы не поверил. Да ни у кого бы и мысли такой в голове не возникло - не то что просто оскорбить… напасть на всадника! Хотя, Оливия чувствовала, что всё к этому и шло. Напряжение ощущалось даже в Цехе,  рано или поздно всё должно было прорваться. И от того, как решится именно этот конкретный случай сейчас, зависит, что с Вейрами будет дальше.
Лив неуверенно накрыла руку юноши своей ладонью. Возможно, ему сейчас даже важнее избавиться от тяжёлых мыслей, нежели от боли физической. А может и нет… Она просто не представляла, что может чувствовать человек, убивший другого человека. И скорее всего впервые… Ведь всадники… женщина знала, что их обучают обращению с кинжалом, но каков шанс вступить в реальный бой, не на жизнь, а на смерть? Они несут ответственность не только за себя, поэтому, ей казалось, что он очень невелик.
- Ф’лин, тебя никто не винит. Ты защищал и Ханта тоже. Все это понимают… - Вернее поймут, когда узнают все подробности. Оскорбление и нападение – это нешуточный проступок. И пусть многие уже не видят смысла в существовании Вейров, это ещё не значит, что его нет.  И вообще, имеют ли они право перечёркивать всё то, что сделали драконы в прежние прохождения? Этот парень пострадал из-за людской жадности и легкомыслия. Возможно, ей стоило бы сейчас подумать о семье убитого холдера, вот только когда перед ней в лихорадке лежит раненый юноша, мысли о плачущей жене и детях как-то не приходят в голову. Кстати, о лихорадке. Оливия взяла с табуретки тёплую кружку и сняла крышку. Пахнуло смесью трав. Она приподняла голову всадника и поднесла емкость к губам.
- Выпей. Это собьёт жар и приостановит опухоль. Тебе станет легче.
А ещё, скорее всего он уснёт. Своего рода побочный эффект, который сейчас был очень на руку. При таких ранениях, обычно она старалась дать возможность организму справиться самому, но из-за Промежутка приходилось осторожничать, да и выглядел Ф’лин совсем неважно.

Отредактировано Оливия (2012-03-05 19:49:04)

+4

16

Это было трудно объяснить, пожалуй, никто не видел подобного. Или ему так просто казалось. Ф’лин не мог точно сказать был ли это сон или все же реальность. 
Он парил, это было так привычно, он уже много лет знал это ощущение бескрайней свободы, ограниченной только крыльями дракона, которые могли унести его куда душе угодно. Но Ханта не было рядом. Ф’лин стал оглядываться по сторонам, не понимая как такое возможно.
Всадник с молоком матери впитал, что единственными существами, которым подвластны небеса Перна являются драконы. Он привык быть рядом с ними, вдыхать их замечательный тонкий аромат, слышать их приветливые крики. Сейчас же его охватила тишина. Он словно был в Промежутке, только в этот раз не чувствовал холода, но и жар, который мерещился ему раньше почти отступил. Он плыл в кем-то вязком и едва теплым, похожим на остывший кла. Не звука, ни запаха, ничего.
Вокруг было лишь одна молочная пустота. Юноше казалось, что голова его наливается свинцом. Больше всего на свете сейчас он хотел перестать чувствовать. Е знать ничего. Не иметь представления о том, что происходит вокруг него.  Лицо целительницы давно исчезло, но Ф’лину все еще казалось, что кто-то рядом с ним. Незримый, но он остро чувствовал его присутствие.
-Все хорошо. – Всадник был уверен, что этот голос звучит не у него в голове, как голос Ханта. Он слышал переливчатый мелодичный голос. – Не волнуйся.
Казалось, что он приближается. И если бы юноша захотел, то увидел бы сквозь молочную пелену силуэт стройной высокой девушки. Пожалуй, даже слишком высокой, она могла бы смотреть свысока на добрую половину мужчин. Когда девушка приблизилась юноша понял, что она не так молода, как ему казалось сначала. Около глаза девушки, а точнее уже женщины были лучистые морщинки смеха, которые не портили, а наоборот добавляли живость ее лицу.
-Все будет хорошо. – Повторила она, останавливаясь перед в конец потерявшимся всадником. – Я не сделаю тебе дурного.
Она улыбнулась, показывая жемчужные ровные зубы, встряхнула золотыми волосами, которые едва доходили ей до плеч и стала казаться привлекательнее. Ф’лину казалось, что девушка смутно ему знакома. Он заметно расслабился, даже отвлекся.
-Кто вы? – Хрипло и едва слышно пробормотал всадник. Ему пришлось попробовать еще раз.
Незнакомка мягко улыбнулась, хотела было уже что-то сказать, но потом передумала.
-Это не имеет значение. – Она протянула ему руку.  – Идем со мной, всадник коричневого Ханта.
Ф’лин не стал спрашивать откуда она его знает, он просто протянул ей руку, чувствуя неприятное покалывание в боку, но не обращая на это внимания. Почему-то ему казалось, что доверять ей можно нераздельно.
-Твой дракон волнуется. – Как бы между прочим сказала девушка, но лицо ее при этом было удивительно серьезным. – Хант любит тебя, ваша связь очень сильна.
-Откуда ты знаешь? - Ф’лин старался не показывать своего удивления.
-Слышу. – Она улыбнулась так, словно знала очень и очень многое. – Ты должен вернуться к нему. Я знаю как это трудно. Но я сумела вернуться к своей королеве. – Девушка глубоко вдохнула. – Увы, не так, как бы мне хотелось.
Она замолчала и тут же улыбнулась.
-Послушай, Ф’лин, ты должен вернуться к нему. Всадник не должен покидать своего дракона. – Она отпустила руку юноши и чуть подтолкнула его вперед.
В следующую секунду юноша открыл глаза и тут же в его голове зазвучал голос Ханта.
-Ты был далеко. – Он присовокупил к этому низкий утробный рев.
Ф’лин прикрыл глаза, свет резал, смотреть было неприятно.
-Все хорошо, Хант. Я с тобой.
Думать было тяжело, а еще тяжелее было составлять слова в предложения.
-Целитель просила тебя не двигаться. – Ласково прошелестел голос дракона в голове у всадника. – Все очень волнуются за тебя.
Его рука все еще сжимала руку девушки, Ф’лин посмотрел на нее мутным взглядом, в полутьме пещеры было довольно трудно рассмотреть ее лицо. Ее пальцы чуть сжались, словно стараясь приободрить его. Юноша постарался улыбнуться, но вместо этого глухо застонал.
Но голос девушки определенно ему нравился, он успокаивал и был похож на голос девушки, которая виделась ему во сне, с короткими золотистыми волосами. Ф’лин не знал существовала ли она когда-нибудь на самом деле или просто ему причудилась, но она казалась всаднику такой печальной, словно потеряла что-то очень важное.
Плохладные пальцы коснулись шеи Ф’лина, он застонал от удовольствия. Это было приятнее любого компресса, целительница помогла ему приподнять голову и влила что-то ужасно пахнущее. На вкус снадобье было еще неприятнее, чем на запах, но она говорила, что это поможет.
Ф’лин верил. Ему больше ничего не оставалось. Он верил, что она хочет помочь ему и Хант подтверждал это.
-Спасибо.
Пробормотал коричневый, откидываясь обратно на подушки. Силы оставляли его так стремительно, а усталость накатывала так резко, что юноша почти не понимал где реальность, а где сон. Но он был ряд просто закрыть глаза и отключиться. Не знать какой сегодня день, что решит Предводитель, как поступят Холдеры.
Просто уснуть и не думать ни о чем, чувствовать лишь легкое прикосновение Ханта к мыслям.

+4

17

Безропотно проглотив пахучую жидкость, Ф'лин казалось потерял остатки сил, а может слегка успокоился. Хотя, маловероятно, что это так сразу подействовало лекарство. Есть от него, конечно, и такой эффект, но  настой подействует только спустя некоторое время.  Улыбнувшись на вялую благодарность, Оливия снова взялась за компресс. Широкий опыт ухода за больными довёл это движение до абсолютного автоматизма, как чтение или письмо. Видя, что всадник всё же уснул, она позволила себе отойти от постели. Теперь всё сделает время.
Встав, Лив снова увидела огромную голову коричневого в проёме. Она неловко улыбнулась ему, абсолютно не представляя, как ей себя теперь вести. Получается, они с ним остались почти наедине. Хотя, женщина знала, что Ханта не занимает никто кроме его избранника. И это даже слегка успокаивало. Вдруг вспомнились первые дни обучения в Цехе. Вокруг было столько незнакомых лиц, а брат пропадал на занятиях, и девочка очень смущалась будучи окружённой таким количеством новых лиц. С людьми абсолютно разными и даже незнакомыми сейчас она научилась общаться абсолютно свободно, а как быть с драконами?
Спешно отойдя к своей мини-кухне для приготовления очередной порции лекарства, она, можно сказать, позорно бежала, оставив бедного зверя наедине с Ф'лином. Порошки, травы и мази, завладели всем вниманием целительницы. Периодически прерывалась, чтоб вновь поменять больному компресс и тут же торопилась вернуться. Спустя где-то час температура стала немного ниже, будучи всё ещё повышенной, но уже не чувствовавшейся настолько опасной. Для периода воспаления почти идеальна.
Подогревая воду и аккуратно отмеривая компоненты, она краем глаза поглядывала на дракона. А о нём теперь кто позаботится? Ведь ему тоже нужно есть, отдохнуть, в конце концов... Оливия всё надеялась, что к ним заглянет кто-то из золотых (в первую очередь, конечно Шин), как она поняла, разве что только королева смогла бы уговорить беднягу отвлечься от больного друга и немного подумать и о себе.
В течение дня в лазарет почти никто не заходил, только беспокойная Мелита принесла целительнице обед. Женщина, воспользовавшись тем, что можно оставить на неё всадника, отошла привести себя немного в порядок. Так бы, конечно, она могла и не ждать подмены, которая могла и не появиться, с Ф'лином уже ничего не случится, просто... это её первый больной в Вейре и она решила отработать по максимуму. Вернувшись, попросила девушку приготовить фруктовый сок больному и поднять в лазарет, на случай если парень очнётся. Она, конечно, подозревала, что фрукты сейчас — большая редкость, тем более в Вейрах, которым уже несколько лет приходится потуже затягивать пояса, но... есть обычную пищу сейчас не стоит, лучше обойтись легкоусвояемым соком, да и вряд ли ему вообще кусок в горло полезет.
Под вечер, приготовив все возможные лекарства, способные потребоваться при лечении, она решила снова проверить рану. Прихватив светильник, тихо подошла, вслушиваясь в глубокое дыхание проверила температуру. Как и днём, через некоторое время снова может подняться... Аккуратно приподняла руку парня, стараясь не разбудить, и отогнула край одеяла. Отняв ткань, посмотрела и, оставшись довольна увиденным, заменила её на чистую.
Повернувшись к окну, вновь увидела побледневшие глаза дракона. Она не была уверена, что это значит, хотя многие говорили, что по цвету можно определить настроение. Тепло улыбнувшись, тихо прошептала: Всё будет хорошо, некоторое время, так и должно быть. Она не знала, воспринял ли он её слова, но очень хотелось хоть немножко подбодрить. Ещё несколько раз, поменяв компресс, Оливия заметила, как потихоньку начинает подбираться сон. Сумеречный свет и подрагивание огонька делали своё дело. Пол часа борьбы с усталым мозгом окончились полным поражением, бессильно привалившись к стене она уснула. Наверно, нужно было просто вызвать кого-нибудь себе на смену...

Отредактировано Оливия (2012-03-26 09:15:37)

+2

18

- Ну, вот мы и дома! – Шин посмотрела вниз, на яркие огни, освещающие Чашу Бендена, с содроганием вспомнила, сколько неприязни ей пришлось вытерпеть, летая по холдам. Задание, данное В’маром, было отнюдь не из легких. Владетели принимали ее так, будто оказывали ей огромную честь, разговаривали сквозь зубы, если, вообще, удостаивали адиенции. Ни она, ни Пранта не были готовы к такому приему, поэтому, взбираясь на шею своей золотой после очередного разговора, если это можно было так назвать, Шин становилась все мрачнее и мрачнее.
- Да неужели они думают, что хоть один всадник стал бы рисковать жизнью своего дракона из-за пьяной выходки на ярмарке?! – всадница даже не пыталась сдержать эмоции. – Никакое оскорбление не стоит смертельного поединка. Мы все это поняли, почувствовав в первый раз сознание своего дракона! Но нет, они считают, что нам нужна власть – как будто каждый всадник не получает все, что он хотел всегда, Запечатлев!
Устало потерев затылок, она почти сползла по лапе Пранты на землю, на мгновение прижавшись к теплой шкуре королевы лицом.
- Как там Ф’лин и Хант? Мне кажется, отчет подождет, нужно узнать, как они себя чувствуют сначала.
- Хант очень переживает за своего всадника. Я сейчас поохочусь для него. Я, кстати, тоже проголодалась! – с укоризной в глазах заметила Пранта.
- Милая, ты же знаешь, мы должны были это сделать. – по правде говоря, Шин и сама проголодалась, как стая цепи. Но долг – прежде всего. И она, отправив Пранту утолять аппетит, направилась к лазарету.
- Лив, ты бледна, почти как Ф’лин! Если ты подорвешь свои силы, поверь, ничего хорошего не будет! – Шин с трудом разглядела Оливию в полумраке. - Как наш раненый? – взглянув на лежащего под тонким одеялом коричневого, Шин с удовлетворением заметила, что на его лице уже проступали краски – значит, всадник идет на поправку.
- Я думаю, что смогу тебя заменить – тебе нужно поспать. А я пока подумаю над отчетом для Предводителей и, заодно, смогу поесть. Шин блаженно растянулась на стуле, разминая уставшую шею. Она сбросила сапоги и попросила у Лив разрешения быстро ополоснуться в бассейне лазарета – подниматься к себе у всадницы не было ни сил, ни времени.
Вернувшись в пещеру к целительнице, она снова заметила, как Оливия клюет носом, и быстро выпроводила ее вон, предварительно взяв список лекарств, которые нужно было давать раненому.
- Все будет хорошо, не волнуйся, утром меня сменишь, и тогда я тебе все расскажу. – Шин заметила вопросительный взгляд, брошенный на нее Лив. Снаружи раздалось ворчание. И Шин чуть усмехнулась, поясняя для Оливии:
- Пранта заставляет коричневого поесть! Говорит, что он тоже должен быть сильным!
- Ф’лин идет на поправку, беспокоиться уже почти не о чем, так и передай его коричневому! – Пранта слегка заворчала, убеждая Ханта успокоиться.
Устроившись рядом с постелью больного с тарелкой жаркого, которое ей принесли из кухонь, Шин погрузилась в невеселые раздумья. Завтра ей предстояло рассказать о настроениях в холдах Предводителям, а это требовало определенного такта и подхода…
Проверив еще раз компрессы и поставив на стол кружку с соком, как и наказала ей Оливия, Шин попыталась задремать…
- Уже через семидневку он должен быть на ногах...  – эта мысль последней промелькнула в уставшем мозгу всадницы.

+1

19

Мало-помалу, час за часом, но коричневый всадник всё же шёл на поправку. Оливия иногда забывала про сон, продолжая присматривать за Ф’лином.  Но самое страшное было всё же позади, ведь не зря большинство всадников отличаются крепким здоровьем. Конечно, периодически возвращались и лихорадка, и сильные головные боли, но они довольно быстро проходили, и поэтому всадник всё же шёл на поправку. Как и думала Шин, через семь дней всадник уже мог подниматься с постели и понемногу передвигаться по комнате. Ещё через несколько дней он смог дойти до Ханта, всё это время переживавшего за него, но под контролем золотых королев не забывавшего подкрепить свои силы. Оливия же каждый день кормила всадника отборными фруктами, мясом, овощами и, конечно, не забывала про целебные отвары.
…За четырнадцать дней до Весенних Игр всадник уже смог самостоятельно забраться на спину Ханта. Конечно, летать в Промежутке он ещё не мог, но по совету Шин и Оливии его Хант отправился в Вейр Иста, где мягкий и тёплый климат помогли бы всаднику окончательно исцелиться. Целительница сидела вместе с Ф’лином на спине коричневого дракона, чтобы всадник случайно не упал. По пути они сделали несколько остановок, чтобы всадник мог передохнуть, а затем продолжали полёт. Наконец, они прибыли в Вейр Иста, где их довольно радушно встретили – ведь всадники должны поддерживать друг друга. Чтобы не провоцировать гнев холдеров, всадника было решено оставить на острове Иста как минимум до окончания текущего Оборота – за это время он как раз полностью исцелится и придёт в себя, а холдеры могут и подзабыть свои обиды…

0


Вы здесь » Драконы Перна: Долгий Интервал » Сюжетный архив » 24.02.1010 Промежуток <


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC